Google+
В середине апреля исполнился ровно год с того момента, как Таганский суд Москвы постановил немедленно заблокировать Telegram из-за принципиального отказа Павла Дурова и его разработчиков предоставлять российским спецслужбам ключи шифрования и доступ к переписке пользователей.
Предлагаю сегодня подвести итоги прошедшего года и рассмотреть то, как изменилась экосистема мессенджера в русскоязычном пространстве, а главное, ответить на вопрос, повлияла ли вообще хоть как-то блокировка на развитие Telegram в России.
Приступим!
Вопрос терроризма
Так или иначе, риторика Роскомнадзора и российских чиновников сводилась к тому, что Telegram и его закрытость от спецслужб делают мессенджер основным средством связи террористов при подготовке и совершении террористических актов. Во многом благодаря этой риторике Telegram еще в августе 2018 года обновил свою политику конфиденциальности, дополнив его важным пунктом: лица, обвиняемые по подозрению в терроризме, при наличии соответствующего судебного решения могут быть выданы спецслужбам.
Это относится не только к российским органам обеспечения безопасности, но и к любым другим. Однако на канале @Transparency, где должны публиковаться отчеты о выданных спецслужбам пользователях, до сих пор не значится ни одного сообщения. Сам же Павел Дуров сообщал, что по состоянию на 1 марта 2019 года ни одна спецслужба с таким запросом в Telegram не обращалась.
Инструменты блокировки и ее обхода
Роскомнадзор, в компетенции которого находится блокировка Telegram, за год так и не разработал рабочего и системного алгоритма, с помощью которого можно было бы эффективно блокировать мессенджер. По различным данным, ведомство делает это чуть ли не в ручном режиме, вплоть до того, что сотрудники РКН самостоятельно вычисляют IP-адреса серверов Telegram, а также ищут опубликованные на просторах Рунета ссылки на прокси-серверы. Спустя пару месяцев после начала блокировки Роскомнадзор хотя бы перестал бить из пушки по воробьям, попутно отключая вполне легальные и ни в чем не повинные онлайн-сервисы, и на том спасибо.
Интенсивность блокировок нестабильна, в одно время РКН может выделять на это больше ресурсов, в другое — меньше. Иногда Telegram работает без проблем без использования средств обхода блокировки, а иногда даже с прокси наблюдаются проблемы. К слову, в первые недели апреля интенсивность блокировки выросла, многие владельцы прокси-серверов стали испытывать нехватку свободных IP-адресов для обеспечения их бесперебойной работы.
Долгое время РКН боролся только с IP-адресами Telegram и прокси-серверов, не уделяя совершенно никакого внимания VPN-сервисам, несмотря на закон № 276-ФЗ, который с 1 ноября 2017 года обязал все VPN-сервисы блокировать доступ к запрещенной РКН информации. Вероятно, ведомство так долго тянуло с этим из-за забюрократизированности процедуры: требование обязаны исполнять только те сервисы, которые подключены к ФГИС (Федеральной государственной информационной системе), но инициировать подключение к ней РКН не вправе, изначально он должен получить соответствующее предписание от ФСБ или другого органа, занимающегося оперативно-розыскной деятельностью.
Подвижки в эту сторону начались лишь в конце марта 2019 года, когда РКН разослал требование о подключении к ФГИС первым десяти VPN-сервисам. К слову, согласился сотрудничать с ведомством только один из сервисов, принадлежащий Лаборатории Касперского, остальные или ответили отказом, или вообще проигнорировали требование. Кстати, в список первых десяти не попали многие популярные среди пользователей сервисы, когда дойдет очередь до них, пока неизвестно.
В заключение разговора о блокировке и ее эффективности приведу данные опроса, которые провел сервис Telegram Analytics: примерно половина пользователей не испытывает проблем с Telegram, не используя при этом инструменты для обхода блокировки.
Развитие экосистемы и экономики Telegram
Самое интересное во всей этой истории — это то, как мессенджер развивался в России и русскоязычном сегменте весь этот год. Я искренне попытался найти хотя бы одну метрику, которая могла бы сказать о том, что блокировка хоть на что-то повлияла в минус, но такой найти не удалось. Но давайте обо всем по порядку.
Аудитория мессенджера. РБК на днях привел статистику MediaScope, которая показывает, что Telegram по-прежнему является третьим после WhatsApp и Viber в России. Его ежедневная аудитория составляет 4,4 млн человек (по состоянию на февраль 2019 года). До всей этой шумихи в октябре 2017 года у Telegram ежедневно было ровно в два раза меньше пользователей — 2,2 млн человек. На пике внимания к Telegram в апреле 2018 года аудитория достигала 3,7 млн, летом снижалась, но к концу года уверенно перешла порог в 4 млн пользователей.
Что касается ежемесячной аудитории мессенджера, то она составляет 10,9 млн человек (в конце 2017 года — 7,2 млн человек). Среднее время использования мессенджера как было, так и осталось на уровне 7 минут в день.
Охват и аудитория Telegram-каналов. Telegram давно стал не просто мессенджером, но и, благодаря многочисленным каналам, удобным инструментом для потребления всевозможного контента. По данным Медиалогии, средний охват на один пост в топ-30 самых популярных каналов в феврале 2019 года составлял от 68 300 до 408 000 просмотров. Годом ранее это же значение варьировалось в пределах от 48 700 до 236 300. Такой рост показывает не только увеличение аудитории, но и рост глубины использования мессенджера.
Существенно увеличилось и количество подписчиков: многие крупные и устоявшиеся к началу 2018 года каналы, несмотря на блокировку, показали годовой рост аудитории в 1,5-2,5 раза.
Другие любопытные цифры. Несколько интересных цифр приводит аналитический сервис Telemetr. Так, например, за прошедший год:
- вдвое увеличилось количество каналов на русском языке, аудитория которых превышает 500 подписчиков (было около 25 тысяч, стало около 50 тысяч);
- удвоилось и количество записей на каналах с 90 тысяч до 200 тысяч;
- суммарный охват постов в этих каналах вырос в полтора раза — с 570 до 900 млн;
- динамика появления новых интересных каналов (превышающих порог в 500 подписчиков) выросла с 20-30 каналов до 35-50 каналов в день;
- самый внушительный рост на рынке Telegram-рекламы — 51 000 рекламных записей на русском языке в день сейчас против 15 000 записей год назад при устоявшейся цене в развлекательных каналах около 300 рублей за 1 000 просмотров (год назад на «хайпе» цены могли взлетать до 1 000 рублей).
Что дальше?
Если не случится ничего сверхъестественного, то 1 ноября 2019 года в силу вступит закон «О суверенном Рунете». Telegram если и не стал первопричиной этого законопроекта, то катализатором точно является — слишком уж много, активно и публично подшучивали над Роскомнадзором и нашим государством в целом по поводу «эффективности» блокировки. Быть может, многим из нас и стоило вести себя более сдержанно, чтобы все получилось так же, как с популярными торрент-трекерами несколькими годами ранее. Тогда Роскомнадзор и провайдеры честно и спокойно выполнили свою работу — внесли в черный список и заблокировали на территории РФ, а пользователи так же спокойно стали пользоваться VPN, прокси и расширениями для браузеров, не привлекая лишнего внимания. Все спокойны, все работает. В случае же с Telegram поднялся серьезный вопрос о состоятельности государства в обеспечении исполнения принимаемых им законов. Говорят, что шутки про мессенджер и государство серьезно задели чувства чиновников высшего эшелона, и теперь они готовы на все, лишь бы Telegram в России перестал работать.
В рамках закона «О суверенном Рунете» операторов обяжут устанавливать специальные аппаратно-программные комплексы, частью которых станет система DPI (Deep Packet Inspection). Технически она позволяет анализировать весь проходящий через оператора трафик, находить в нем свойственные тому или иному онлайн-сервису пакеты, после чего блокировать их. Первые испытания DPI-систем провели в августе 2018 года в тестовой лаборатории «Ростелекома». Опробовав 7 различных решений от российских компаний, Роскомнадзор остановился на решении от RDP.RU (15% компании принадлежит венчурному фонду «Ростелекома»), которое и будет впоследствии установлено на оборудовании операторов. В ближайшее время ведомство планирует провести более масштабные тесты, в которых будут задействованы операторы «большой тройки».
Именно DPI должен стать главным оружием в борьбе с Telegram, но пока нет никаких данных, какова его эффективность при работе с такими «хитрыми» сервисами. Думаю, что для разработчиков мессенджера обход блокировки через DPI будет делом принципа, и начнутся те же «кошки-мышки», что и в случае с IP-адресами, только масштаб и последствия могут быть более серьезными. По словам экс-директора особых направлений Telegram Антона Розенберга, DPI может только усложнить жизнь мессенджеру, но полностью заблокировать его не выйдет, так как Telegram умеет маскировать свой трафик.
В любом случае Роскомнадзор делает основную ставку именно на DPI, однако попутно он, скорее всего, будет подчищать список доступных в России VPN-сервисов, время от времени рассылая требование о подключении к ФГИС. Каким эффектом увенчается эта практика в отношении Telegram, пока неясно. Но совершенно точно понятно другое — у РКН и государства на фоне борьбы с мессенджером Дурова появляются серьезные инструменты влияния на российский сегмент Сети, которые в правовом поле закрепит закон «О суверенном Рунете». Во-первых, далеко не каждый сервис имеет столько ресурсов, чтобы противостоять блокировкам, поэтому с менее принципиальными разработчиками разговаривать никто не будет — либо вы делаете, как мы хотим, либо мы отключаем вас от российского интернета. Во-вторых, повсеместное внедрение DPI потенциально может нарушить принцип сетевой нейтральности, то есть операторы и государство смогут регулировать скорость работы тех или иных ресурсов, например, ограничивая скорость доступа к опальным ресурсам и социальным сетям.
Выводы
Год блокировки Telegram в России никак не отразился на самом мессенджере — аудитория росла, а экосистема стремительно развивалась, несмотря даже на незначительные палки в колеса, которые с произвольной периодичностью вставлял Роскомнадзор. Однако чиновники тем временем приготовили обширный набор мер для борьбы с независимостью Сети, на который после пощечины от Telegram не жалеют никаких средств. Закон этот странный, непопулярный, во многих местах неконкретный, не устанавливающий ни для кого ответственности за сбои в работе Сети, принятый впопыхах и без должной проработки. Но это та действительность, в которой мы все очень скоро окажемся, с «русским фаерволом» и «автономным интернетом». И будет ли в нем работать Telegram, наверняка пока неизвестно.